Рост стоимости электроэнергии становится все более значимым фактором для российской промышленности, однако бизнесу нужна не только доступная энергия, но и возможность прогнозировать ее стоимость на годы вперед. К такому выводу пришли участники первого тематического такта IV конференции АСПЭ «Энергия для потребителей» – «Умное энергопотребление как условие конкурентоспособности промышленности», которая прошла в Москве 9 сентября.
В дискуссии приняли участие представители промышленности, энергетических компаний, инфраструктурных организаций и регуляторов. Обсуждение показало: сегодня цену электроэнергии уже невозможно рассматривать отдельно от ключевой ставки, стоимости строительства новой генерации, сетевых инвестиций, надежности энергоснабжения и общей экономической ситуации.
Владимир Тупикин, «Сибур энерго»: цена – лишь один из факторов конкурентоспособности
Генеральный директор «Сибур энерго» Владимир Тупикин отметил, что рост стоимости электроэнергии нельзя считать единственной угрозой для промышленности. На конкурентоспособность одновременно влияют высокая ключевая ставка, санкционное давление, состояние внутреннего и мировых рынков.
При этом для потребителя критически важны два параметра – энергоэффективность и цена, причем последняя должна быть предсказуемой на долгосрочном горизонте. Тупикин предложил изменить подход к отбору новых генерирующих мощностей: в нем должны участвовать не только производители, но и потребители со своими объектами генерации, а также сетевые организации. Такой механизм, по его мнению, позволит точнее определить, где нужны станции, сети или накопители, и заранее понимать стоимость и надежность энергоснабжения.
Сергей Чеботарёв, НЛМК: энергетика уже влияет на конкурентоспособность
Для металлургии электроэнергия – уже не абстрактный фактор затрат. По словам вице-президента НЛМК Сергея Чеботарёва, за последние три года отрасль столкнулась с сокращением внутреннего рынка и экспортных возможностей, а предприятия работают в условиях давления на маржинальность.
В такой ситуации энергетика становится одной из ключевых составляющих переменных затрат. При этом НЛМК готов продолжать инвестиции, но для принятия решений компании необходима предсказуемость стоимости электроэнергии и затрат на технологическое присоединение.
Чеботарёв также отметил, что потенциал традиционного повышения энергоэффективности на крупных предприятиях уже во многом выбран. Поэтому рост цен на электроэнергию подталкивает промышленность к развитию собственной генерации. Для НЛМК дополнительным преимуществом становится использование вторичных энергоресурсов: на Липецкой площадке компания рассчитывает обеспечить за счет собственной генерации до 90–95% потребности комбината.
Сергей Емельянов, «Транснефтьэнерго»: надежность может оказаться важнее цены
Генеральный директор «Транснефтьэнерго» Сергей Емельянов предложил смотреть на электроэнергию прежде всего через призму надежности энергоснабжения.
В условиях возможного дефицита мощности необходимо совершенствовать механизм аварийных ограничений. По его мнению, потребитель, который добровольно снижает нагрузку по команде системного оператора, должен получать за это вознаграждение. В результате предприятие, согласившееся временно ограничить потребление, не просто несет потери, а становится участником рынка управления спросом.
Такой подход, считает Емельянов, позволит сделать систему более гибкой и справедливой: тот, кто помогает энергосистеме пройти период дефицита, должен получать экономический стимул.
Михаил Андронов, «РУСЭНЕРГОСБЫТ»: бизнесу нужна энергетическая политика на 10 лет вперед
Генеральный директор «РУСЭНЕРГОСБЫТа» Михаил Андронов сформулировал один из главных запросов потребителей предельно конкретно: бизнесу необходимо понимать, сколько и по какой цене будет стоить электроэнергия в ближайшие 10 лет.
При наличии такой информации потребители готовы самостоятельно принимать решения о строительстве собственной генерации, инвестициях и оптимизации энергозатрат.
По мнению Андронова, рынку не хватает целостной государственной энергетической политики, которая задавала бы долгосрочную целевую модель. Предсказуемость, по его словам, позволит промышленности самостоятельно адаптироваться к будущим условиям, а не реагировать на них постфактум.
Михаил Каминский, Минэкономразвития: необходимо повышать эффективность всей системы
Заместитель министра экономического развития Михаил Каминский заявил, что ведомство ориентируется на защиту интересов промышленных потребителей, однако энергетическая система должна оставаться сбалансированной.
Он отметил, что определенная предсказуемость уже существует в виде среднесрочных прогнозов, но при формировании энергетической политики необходимо учитывать новые экономические реалии – прежде всего длительный период высокой ключевой ставки и изменение темпов спроса.
По мнению Каминского, резерв необходимо искать внутри самой энергосистемы. Цель должна заключаться не просто в постоянном наращивании сетей и мощностей, а в повышении эффективности и распределении ответственности между потребителем и поставщиком энергии.
Евгений Грабчак, Минэнерго: предсказуемость начинается с доверия
Заместитель министра энергетики Евгений Грабчак призвал участников рынка отказаться от одностороннего подхода к проблеме стоимости электроэнергии.
По его мнению, долгосрочная стабильность невозможна без доверия между потребителями, энергетическими компаниями и государством. При этом экономику энергетики нельзя игнорировать: если отрасль должна работать эффективно и привлекать инвестиции, стоимость электроэнергии должна отражать реальные затраты на создание генерации и инфраструктуры.
Грабчак также призвал учитывать экономические последствия решений по локализации, инвестициям и развитию технологий. Дешевая энергия сама по себе не может быть целью, если ее низкая цена достигается за счет других участников системы, считает замминистра.
Александра Панина, «Интер РАО»: дешевле – не значит справедливее
Председатель наблюдательного совета Ассоциации «Совет производителей энергии», член правления «Интер РАО» Александра Панина предложила оценивать стоимость электроэнергии сразу по нескольким классическим критериям – рыночному, затратному и доходному.
По ее оценке, текущая российская цена электроэнергии на мировом фоне остается конкурентоспособной. При этом проблема заключается в высокой стоимости создания новой генерации: значительную часть расходов формируют стоимость заемных средств, налоги, капитальные затраты и стоимость оборудования.
Панина назвала несколько направлений для сдерживания стоимости новой генерации: удешевление финансирования, снижение налоговой нагрузки, оптимизация капитальных затрат, рациональное использование существующих резервов и более эффективное использование действующей инфраструктуры.
Максим Быстров, «Совет рынка»: сначала нужно понять реальный спрос
Председатель правления Ассоциации «НП Совет рынка» Максим Быстров обратил внимание на другую сторону проблемы – формирование спроса на новую электроэнергию.
По его словам, крупные потребители сегодня сообщают о сокращении инвестиционных программ, тогда как от регионов продолжают поступать заявки на строительство значительных объемов новых мощностей. В этой ситуации необходимо отделять реальный подтвержденный спрос от прогнозного, иначе система рискует инвестировать в мощности, которые окажутся невостребованными.
Быстров также отметил, что цена электроэнергии включает не только непосредственно рыночную стоимость энергии и мощности, но и расходы на решение различных государственных задач. По его оценке, отказ от части таких дополнительных нагрузок позволил бы заметно снизить конечную стоимость электроэнергии для потребителей.
Юрий Малявкин, СГК: «старт–стоп» делает новую генерацию дороже
Председатель совета директоров СГК Юрий Малявкин связал высокую стоимость новой генерации с отсутствием непрерывного цикла строительства.
По его мнению, при режиме «старт–стоп» отрасль постоянно теряет накопленные компетенции: производители оборудования теряют заказы, подрядчики – навыки, а новые проекты приходится запускать практически заново.
На стоимость также влияют высокая стоимость заемного финансирования, небольшие по мировым меркам масштабы энергоблоков и высокая цена отечественного оборудования. При системном и непрерывном строительстве, считает Малявкин, Россия могла бы существенно приблизить стоимость новой генерации к уровню наиболее конкурентоспособных энергетических рынков.
Сергей Роженко, Kept: у роста цены есть предел
Директор группы аналитики в энергетике Kept Сергей Роженко предложил взглянуть на российскую ситуацию через мировой опыт.
Он выделил три модели промышленно-энергетической политики: страны, делающие ставку на глубокую переработку и развитие энергоемких производств; государства, использующие преимущество дешевого энергоресурса; и страны с высокой стоимостью энергии, вынужденные компенсировать ее влияние на промышленность.
Для России, по оценке Роженко, двукратный рост цен на электроэнергию будет экономически слишком тяжелым. Некоторое повышение может быть приемлемым для отдельных производств, если оно встроено в стратегию импортозамещения и развития более глубоких переделов. Но выше определенного уровня стоимость энергии начинает работать уже против конкурентоспособности промышленности.
Максим Балашов, РУСАЛ: важна не только цена, но и ее динамика
Директор по работе с естественными монополиями АО «РУСАЛ Менеджмент» Максим Балашов предложил оценивать конкурентоспособность через динамику цен.
По его оценке, к 2035 году средний рост стоимости электроэнергии для российских потребителей на высоком напряжении может составить около 4,9% в долларовом выражении, тогда как для Китая этот показатель оценивается примерно в 2,2%.
Для РУСАЛа электроэнергия уже составляет около четверти себестоимости, поэтому дальнейший рост затрат напрямую влияет на экспортную конкурентоспособность. Балашов призвал учитывать интересы экспортеров и одновременно перераспределять часть нагрузки на новых крупных потребителей, в том числе на высокомаржинальные цифровые проекты.
Алексей Мольский, «Россети»: за незагруженные сети тоже кто-то платит
Заместитель генерального директора по инвестициям и капитальному строительству «Россетей» Алексей Мольский поставил вопрос об ответственности потребителей за заявленный спрос.
По его словам, компании активно требуют строительства новых сетей, но при этом далеко не всегда выбирают заявленный объем мощности. В качестве примера он привел инфраструктуру, построенную с расчетом на нагрузку около 2,6 ГВт, тогда как фактически потребитель выбрал лишь около 130 МВт.
В результате затраты на уже созданную, но недозагруженную инфраструктуру необходимо возвращать, в том числе через тариф. Поэтому, считает Мольский, потребитель должен нести ответственность за свои заявки на развитие сетей, а решения о строительстве новых объектов должны приниматься на основе реального спроса.
Главный вывод первого такта
Дискуссия показала, что промышленность не сводит проблему энергозатрат исключительно к требованию «снизить тариф». Главный запрос бизнеса – предсказуемая и экономически обоснованная стоимость электроэнергии, надежное энергоснабжение и понятные правила игры на горизонте нескольких лет.
При этом участники по-разному видят пути решения. Потребители говорят о необходимости снизить стоимость финансирования энергетических проектов, оптимизировать строительство и повысить эффективность инфраструктуры. Генераторы указывают на реальные капитальные затраты и стоимость привлечения денег. Сетевые компании – на ответственность бизнеса за заявленный спрос. Регуляторы, в свою очередь, призывают искать баланс между интересами потребителей и необходимостью развивать энергосистему.
В итоге первый такт конференции показал: конкурентоспособность промышленности все больше зависит не от минимальной цены электроэнергии как таковой, а от способности всей энергетической системы обеспечивать промышленность энергией по понятной, предсказуемой и экономически устойчивой модели.